Как восстанавливают Тофаларию после паводков 2019 года?

Как восстанавливают Тофаларию после паводков 2019 года?


Эта командировка откладывалась и срывалась много раз. То места в вертолете не было, то нелетная погода, то карантин… И вот 26 июня мы, наконец, на месте.

Чтобы улететь в село Алыгджер – одно из трех поселений в труднодоступной долине гор Саяны в Иркутской области – нужно из Братска три с небольшим часа ехать на машине в Нижнеудинск. Там на аэродроме встречает рейсовый субсидируемый вертолет, который доставляет людей и грузы 2-3 раза в неделю.


— Хорошо, насилу отделался, чтобы сегодня не везти цыплят. А как-то раз 200 цыплят на вертолёте перебрасывал! – рассказывает веселый попутчик, заммэра Нижнеудинского района Евгений Бровко.

— А я как-то раз телят вёз, — с улыбкой рассказывает мэр района Анатолий Крупенев.


Тофаларию первую затопило год назад, когда с Саян спустился аномальный поток воды. Говорят, в горы зашел редкий циклон из Индии, растопил льды, ситуация усугубилась проливными дождями. Итог мы все знаем: в нашем регионе затопило 135 населенных пунктов, включая два города Тулун и Нижнеудинск. Утрачено, по данным на сегодня, почти 8 тысяч домов, пострадало более 200 объектов инфраструктуры, погибло 26 человек.


По центру Алыгджера прошла волна. Дома и социальные объекты не смыло, но сильно затопило. В поселке живет около 500 человек, часть из которых – коренной малочисленный народ тофа. В период паводков их эвакуировали, а часть укрылась в зимовьях: тофы охотники и собиратели, у них свой совершенно особенный образ жизни, они смогли спастись и пережить зиму, даже несмотря на то, что дома сильно пострадали. Переезжать по сертификатам на жильё они отказались – все как один остались жить в деревне, хотя из того же Тулуна или Нижнеудинска уехали тысячи семей – в Иркутск, Братск, другие города России.

Задача восстановления Тофаларии оказалась для строителей очень непростой. Как в долину гор забросить технику и строительные материалы? Вертолётом – неподъемно дорого, да и не всегда возможно. Решение было принято такое: по реке Уда зимой, когда река покрылась толщей льда, сюда на расстоянии 250 км выдвинулась колонна с техникой и брусом, другим стройматериалом. Большой переход организовала Дорожная служба Иркутской области – государственная организация, которая справилась с задачей.
Весной, когда лёд растаял, начались первоочередные работы по расчистке и дноуглублению реки, чтобы в период паводков село не затопило вновь.

Когда мы приехали в Алыгджер, первым делом направились на реку – смотреть, как насыпают временную дамбу, которая потом станет постоянной.


В Тофаларии всё необычно: выходишь из вертолёта – тебя встречают детишки – местные жители. Аэропорт – небольшое старое деревянное здание, такое мало, где увидишь.

На Уде развернуты масштабные работы. Несколько единиц техники насыпают породу, работает бригада из 9 человек.
Строительство дамбы – сложный и масштабный процесс, на Уде их построят несколько, в том числе огромную дамбу в Нижнеудинске, где ее никогда не было, а жилые дома находятся близко у реки. Задачу по проектированию сооружений и контролю выполняет Минстрой РФ, его представитель, замминистра строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ Дмитрий Волков приехал лично посмотреть, как отсыпают дамбу в Алыгджере.

Он задает очень конкретные вопросы: как проверяется качество грунта, подходит ли он под задачи, сколько техники не хватает, какие факторы могут способствовать подтоплению даже при наличии большой дамбы и т.д.? Он смотрит объект с квадрокоптера, даёт поручения. Мы выясняем у подрядчика, что техники и людей не хватает, чтобы максимально отработать в сезон. Для этого по технологической дороге в горах уже выдвинулась новая колонна – с дробильной установкой. Колонну сопровождает проводник, они будут двигаться больше недели по труднодоступной местности.
Дальше мы отправляемся в поселок – смотреть ход строительства жилья и инфраструктуры.


Сейчас в стадии проектирования три важных объекта для Тофаларии: это школа-детский сад и интернат, амбулатория и этнографический клуб. Первый объект планировалось здесь возвести давно, еще до паводков. Старая школа уже не отвечает потребностям, вместо нее возведут единое двухэтажное здание с гораздо большими площадями, что однозначно даст стимул развитию образования и общественной жизни всей Тофаларии, где еще с двух сел – Нерхи и Верхней Гутары – сюда привозят детей на учебу.

Интересная деталь: строительство школы в Алыгджере оплатит бюджет Москвы по личной инициативе мэра столицы Сергей Собянин, оценивается объект в полмиллиарда рублей.

Также в проекте – современная амбулатория со столь необходимым отделением морга. Сейчас в Тофаларии морга нет, что создает огромные санитарные и юридические проблемы местному населению. Перебрасывать усопших в Нижнеудинск на вертолете… понимаете, как это трудно.

Третий объект этноклуб – важная часть туристической тематики, которая развивается и в перспективе будет развиваться в Тофаларии, не говоря уже о сохранении знаний об уникальной народности.

Что важно, по планам здесь появится водонапорная система, благодаря которой три соцобъекта впервые будут подключены к централизованному водоснабжению. Это прорыв для Тофаларии. Также в планах – и протяжка постоянной электролинии, чтобы уйти от перебоев и дизель-генераторов.

А вот вопрос постоянной дороги сошел, судя по всему, на нет. Местное население против такого строительства. Есть опасения, что Тофаларию попросту вытопчут как остров Ольхон на Байкале, начнут завозить массово алкоголь и упаковку от еды, которая замусорит долину. Также есть опасения, что по хорошей дороге начнут вывозить заповедный кедрач – тайги, места, где тофы исконно охотятся и собирают дикоросы.

Тофалария сейчас – невероятно прекрасный край, уголок живой природы, который бережно охраняется местным населением. Здесь можно увидеть такие картины: вот пасутся лошади на улице, а вот под забором отдыхает олень, коровы переходят Уду вброд.
Меня поражает чистота этих мест: ни единого окурка, бутылки, грязной салфетки… Нигде прежде я не видела такой кристальной чистоты и красоты.

И дома здесь строят силами компании из Усолья-Сибирского «Элит», как полагается, из бруса. Сейчас работают 4 бригады, возводится более 20 домов, планируется усиление. Дома красивые, добротные. У каждого дома будет скважина, а вот туалет — на улице, так как особенности грунтовых вод, которые залегают не глубоко, не позволяют делать септики, да и куда их потом вывозить?

 


Наша небольшая экскурсия продолжается в местной школе-интернате. Ее уже подновили к 1 сентября: покосившаяся, старая, конечно, она нуждается в замене. Но директор школы Людмила Болюх мало говорит о проблемах, ей хочется рассказать гостям об успехах своих подопечных: алыгджерские ребятишки успешно сдают в городе экзамены, а еще больше знамениты своими спортивными достижениями: обыграть в игровые виды спорта в поселках Нижнеудинского района их никто не может! Как же мне хочется теперь побывать на открытии новой школы-интерната в Алыгджере .

В этнографическом музее хранитель проводить нам экскурсию. Простыми словами она рассказывает об этом удивительном месте, о том, как в советские годы тофоф болезненно и трудно приучали к оседлому образу жизни. И всё-таки до конца не приручили. Они любят уходит в тайгу, у них большое стадо оленей, которые пригождаются в охотничьих походах, они по сей день объезжают диких лошадей… Это такая необычная жизнь, совместившая архаичные порядки и блага современной цивилизации.


Наш день заканчивается в гостях у главы Тофаларского муниципального образования Владимира Лобченко. Пока на кухне хлопочет хозяйка, мы идем к конуре самого настоящего волка.
— В прошлом году мне звонят мужики: волчицу добыли, а шесть щенков осталось. Что делать. Я говорю, оставлять нельзя их. А потом подумал…перезвонил: «Не убили еще? Везите ко мне». Роздали щенков, один даже в Братск уехал. А этого – Серого – себе оставил. Так он и живет, добрый малый, но наглый. Если вы будете с колбасой рядом стоять, то он ее, конечно, отберет.


Серый – обаятельный и добрый волк. Куцый, летом весь полинял. Но какой же дружелюбный! Набрасывается на всех, тут же лижет руки, лицо. Кто бы мог подумать, что волк на привязи может быть таким?!

Нас потчуют дичью и фирменной черемшой. Жаль, что меня предупредили уже позже: от лесного мяса может расстроиться желудок, что со мной и произошло на утро. Но без серьезных последствий, к счастью.

Мы улетали из Тофаларии под рассказ Евгения Бровко о том, как маленькие олени зимой, словно дети, катаются с горки. Как хорошо здесь бывает и зимой и летом. Он искренне улыбается и говорит об этих местах с любовью, и так понимаешь, что за Тофаларию есть, кому бороться и восстанавливать ее лучшим образом. Это место необходимо сохранить, хотя часто можно слышать, что слишком дорого обходится она бюджету. Всё в этой жизни дорого, а изюминка нашего края – не имеет цены.

Пусть Тофалария будет такой же самобытной, но и комфортной для жизни  на долгие годы, навсегда. Такие места должны быть, ведь с развитием городских агломераций и уничтожением сибирской тайги очень скоро Сибирь изменится до неузнаваемости, что уже происходит. Нельзя допустить это повсеместно.

215
Поделитесь в соцсетях