«Без постоянной модернизации алюминиевые заводы закрылись бы в течение 4-5 лет»

Директор департамента экологии Алюминиевого дивизиона компании РУСАЛ рассказал о подходах к модернизации алюминиевых заводов в Сибири и перспективах российского алюминия в целом

Необычная и разносторонняя беседа состоялась в главном офисе РУСАЛа в Красноярске с директором департамента экологии Алюминиевого дивизиона компании Игорем Фомичевым. И символично, поскольку КрАЗ по объёму выпуска алюминия является идентичным Братскому алюминиевому заводу – оба производят по миллиону тонн в год. Однако КрАЗ является своего рода территорией больших экспериментов технологического и экологического обновления, поэтому, исходя их того, как сейчас строится Красноярский завод, так будет параллельно идти и обновление БрАЗа. Поговорили не только об экологии, но и о стратегии РУСАЛа в целом и даже о плановой экономике, которой так, оказывается, не хватает для роста внутреннего потребления металла и развития собственного производства.

— Посмотрела строительную площадку – впечатляет масштаб: два больших корпуса заменят половину корпусов КрАЗа уже в ближайшие 5 лет, максимально сократив выбросы в атмосферу. Как компания пришла к таким открытиям и решениям?

— Особенность КрАЗа – это наличие на промплощадке интеллектуального инженерного технологического центра, где генерируются решения для всей российской алюминиевой отрасли и обкатываются все ключевые эксперименты. У нас есть «полигон» на Саяногорском заводе, где мы уже сейчас внедряем новейшие технологии, в частности, для нового КрАЗа и БрАЗа. Все работы ведутся собственными интеллектуальными силами и на средства РУСАЛа, хотя мы привлекаем и ведущие российские институты высшей школы, — говорит Игорь Фомичёв.

— Вы давно здесь работаете? Как складывался путь к модернизации производств?

— Я работаю в РУСАЛе уже 20 лет и могу сказать, что модернизация за 25 лет существования РУСАЛа не останавливалась никогда. Первый этап стартовал в 2003-2004 годах, это усовершенствование технологии самообжигающихся анодов, внедрение сухих газоочисток, «Экологический Содерберг». Затем компания встала перед выбором: продолжать доусовершенствовать имеющуюся технологию или сосредоточиться на технологическом рывке в части самообжигающихся или инертных анодов.

— Почему выбрали высокоамперные технологии?

— К инертным анодам наука еще не готова в части масштабного применения, поэтому выбор технологии (с применением обожжённых анодов) РА-550 не был случайным, к этому мы шли постепенно. Еще с советских времен два корпуса КрАЗа работают на обожжённых анодах, поэтому задел этот был. Поэтапно шла разработка технологии РА-300, далее начались разработки технологии Ра-400, на которых сейчас работает Богучанский, Тайшетский заводы и которые позволили расширить Саяногорский завод.

400, 550- это количество килоампер. единичная мощность электролизера, который может производить определенное количество металла в единицу времени. Соответственно, чем выше мощность, тем эффективнее и дешевле производство. Весь мир сейчас стремится к повышению мощности электролизера, и один из главных конкурентов российских алюминщиков – Китай – показывает очень высокие темпы технологического роста высокоамперных технологий, уже имея технологии на 600 килоампер и выше.

— Но возвращаясь в Братск, не могу не сказать о том, что в нашем городе есть стереотип, что приватизация алюминиевых заводов – это лишь выкачка денег из них. И как я понимаю, без масштабной науки внутри самой компании выдержать конкуренцию в отрасли было бы невозможно? Давайте просто представим: как долго РУСАЛ мог бы продержаться без масштабных вложений в техническое перевооружение?

— Всё бы встало через 4-5 лет, максимум через 7. То, что сделал РУСАЛ – уникальная история для бизнеса в мире. Это высокая интеграция компании на рынки, динамика развития, модернизации, манёвренность – это один из лучших кейсов о том, как сделать высоко эффективную кампанию. Наш металл считается хорошим, чистым, оперативно доставляемым и быстро подстраивающимся под запросы потребителя.

— Выходит, что улучшение экологических показателей – это некий сопутствующий эффект?  

— Важнейшим плюсом технологии является практически полное сокращение вредных выбросов – в первую очередь, бензапирена, полиароматических углеводородов и других. У нового электролизера высокая степень герметизации, без выбивания газа из-под створчатых укрытий и балки-коллектора – это, прежде всего, высокий уровень экологической безопасности и для рабочих на производстве. Также минимизируются до минимальных значений фонарные выбросы – все газы уходят на газоочистку в объеме 98% и выше. Пока РА – 550 можно считать одним из лучших электролизером в мире. Такие опытные ванны уже стоят на заводе в Саяногорске. На КрАЗе и БрАЗе 50% мощностей должны обновиться к 2029-2030 г.г.

— Вопрос из зала: а что, если вы новые корпуса запустите, а старые не снесете?

— Проект реализуется в строгом соответствии с заключением Главгосэкспертизы, где прописана чёткая этапность введения новых мощностей и параллельный вывод из строя старых. То есть, об увеличении мощностей речи не идет. Уже сейчас, на первоначальном этапе строительства, нас регулярно проверяют контрольные и надзорные органы. Росприроднадзор нас рассматривает под микроскопом, ежеквартально, это позиция руководителя ведомства Светланы Радионовой, которая значительно усилила контроль за производствами в последние годы. С технической стороны  проверки осуществляет Ростехнадзор. Более того, уже построен фактически полигон в санзоне КрАЗа под приём отходов – старых корпусов, он находится в стадии ввода в эксплуатацию.

— Часто люди говорят: «А почему только 50% корпусов заменят? Когда всё остальное обновят?»

— Наша модернизация – уникальная история по объему вкладываемых инвестиций. Только на один БрАЗ планируется потратить 120 млрд рублей. Временные рамки – это примерно 8 лет, и здесь нужно смотреть на целесообразность масштабирования проекта. Он и так слишком большой и протяженный по времени. Возможно, технологический прорыв к 2030-му году достигнет того, что мы сможем внедрить на производство инертный анод и тогда РА-550 будет не столь актуален. Либо мы освоим новый этап высокоамперной технологии – РА-600 или РА-700. Мы будем исходить из того, как будут складываться наши разработки, но то, что технологический передел будет происходить дальше, и это продиктовано рынком, законом, развитием науки, требованием общественности – это однозначно, и мы будем обновлять и дальше наше производство.

— Один из триггеров обывателя: наш алюминий в основном идет за границу, мы – сырьевая колония. Почему так? В какой момент мы свернули не туда и можно ли в этом обвинять РУСАЛ?

— Внутри компании есть цель – увеличение потребления металла в России. И в действительности рост этот есть: из 4-х млн тонн 1 млн потребляется в стране, хотя еще несколько лет назад этот показатель был 500-700 тыс. тонн. Мы обиваем пороги Минпромторга с предложениями о повышении потребления алюминия в России. Как только субсидии, субвенции, налоговые льготы начнут появляться – появятся и цепочки, где алюминиевая сковородка будет не французской, а российской. Сегодня нам нужна плановость как в СССР, в хорошем смысле, выражающаяся в развитии территориально-промышленных комплексов. В свое время страна ушла от этого и свернула к глобализации, а нужна логика территориального планирования и цепочки развития малого среднего предпринимательства в зоне присутствия промышленных гигантов. Внутреннее потребление крайне важно – это технологическая независимость и правильное потребление, это устойчивое развитие, и к этому будем стремиться.

Беседовала Елена Кутергина

#РУСАЛ_25_лет